Есть в ночном погружении что-то мистическое. С одной стороны, вы, как бог Гелиос, обладаете собственным источником света, с другой — этот источник сравним с огоньком светлячка во тьме чёрной южной ночи. Весь ваш мир, всё восприятие концентрируется в маленьком световом круге. А вся нерастраченная энергия нейронов питает непомерно выросшее воображение, которое дорисовывает то, что скрывается во мраке.
Когда заходит речь о подводном мире Чёрного моря, многие бывалые аквалангисты строят пренебрежительную мину. Трудно спорить с людьми, которые привыкли к буйству тропических красок, тридцатиметровой прозрачности воды и рыбам размером с "горбатый" "запорожец". Чёрное море, безусловно, уступает по всем этим показателям морям, расположенным ближе к экватору. Тем не менее, внимательный наблюдатель и здесь может увидеть немало интересного. В вечерние часы перед заходом солнца, когда закат расписывает небосвод тончайшими оттенками синего и красного, аквалангисты обычно собирают своё громоздкое снаряжение, чтобы отдохнуть до следующего утра. Но жизнь многих морских обитателей не замирает и тогда, когда последний сегмент солнечного диска погружается за горизонт. И если вы счастливый обладатель подводного фонаря и здорового любопытства, то можете совершить увлекательную экскурсию по ночным садам Нептуна.
И вот над головой — несколько метров темной воды. Пришло время познакомиться с существами, затаившимися в окружающей мгле. Первыми в луч фонаря попадают медузы и гребневики. Их полупрозрачные тела выглядят, как причудливые ювелирные украшения на чёрном бархате. Если вообразить себя "джедаем" и попробовать фехтовать своим "световым мечом", из гребневиков мнемиопсиса и берое можно высечь цепочки цветных искр. Подобное явление случается увидеть и днём, когда падающие под определённым углом лучи солнца преломляются в мерцающих рядах гребных пластинок. В такие моменты гребневик напоминает фантастический звездолет с включенными бортовыми огнями. Ночью же вам не придётся искать то единственное положение относительно солнца, при котором можно наблюдать эту сказочную картину.
Если погружение происходит в конце лета или в начале осени, то в луче света вскоре начинают кружиться загадочные тени — как ночные мотыльки вокруг настольной лампы. Это много-щетинковые черви нереисы. Летними безлунными ночами, подгоняемые инстинктом размножения, они поднимаются со дна, чтобы исполнить танец жизни. Если перестать работать ластами и замереть, нереисы образуют такое плотное скопление, что свет фонаря ощутимо меркнет. Постепенно клубящееся облако распадается на отдельные группы, которые, как планетные системы, вращаются каждая вокруг своего центра. Движение всё ускоряется, затем происходит взрыв, разбрасывающий червей в разные стороны, а в его эпицентре остаётся медленно тающий сгусток выметанных яиц.
Сезон размножения многощетинковых червей — настоящий гастрономический праздник для многих морских обитателей: нереисов с удовольствием поедают рыбы, ракообразные, кишечнополостные, в частности — актинии. Актинии больше всего напоминают яркие цветы, хотя на самом деле относятся к животным и состоят в родстве с коралловыми полипами и медузами. Черноморские представители — конская актиния и актиния цилиста — достаточно скромны в размерах (4-5 см в высоту). Обычным кормом для них служат планктон и детрит (приносимые водой частички органики). Черви, в сезон размножения носящиеся, как потерявшие контроль болиды "Формулы-1", часто терпят "крушение", врезавшись на всём ходу в "ограждение" из щупалец. Несколько судорожных движений, и жертва замирает, парализованная отравленными стрелами крапивных клеток. Актиния сворачивает венчик щупалец, увлекая добычу в объёмистое чрево, и бывший только что красным, зелёным или хрустальным цветок превращается в бурый малопривлекательный комок.
Каменные и травяные креветки, обычно ведущие донный образ жизни, в августовские ночи не ленятся подниматься в толщу воды, чтобы тоже попировать на чужой свадьбе. Незваными гостями на это торжество "прибывают" и крабы; они азартно подпрыгивают, залезают повыше на водоросли и размахивают могучими клешнями. Вообще же, многощетин-ковые черви для креветок и крабов скорее неожиданное разнообразие в меню, чем повседневная пища. Ракообразные, в большинстве своём, являются санитарами морского дна Они поедают трупы погибших животных и различные органические остатки, приправляя их гарниром из водорослей. Время "генеральной уборки" в море приходится на ночь. Конечно, креветки и крабы встречаются и днём но лишь в тёмное время суток можно в полной мере оценить их количество. После захода солнца они выбираются из своих укрытий и начинают обследовать окрестности: вдруг настал час справлять поминки по кому-нибудь из соседей?
Если проводить аналогию с африканской саванной, ракообразных можно сравнить с шакалами или гиенами. Полностью же останки на суше уничтожают маленькие жуки-могильщики. В море им соответствуют мелкие брюхоногие моллюски наны и нассы. Как только в воде появляется душок падали, они тут же устремляются к источнику запаха. Верное направление задаёт орган обоняния — осфардий, расположенный на конце длинного подвижного хобота. За ночь на останки рыбы или медузы сползаются сотни улиток: через пару дней труп исчезает, растворённый пищеварительными соками желудков моллюсков.
Бычки готовы чем-нибудь подкрепиться в любое время суток. Но ночью они менее осторожны, и если проявить терпение и избегать резких движений, бычка можно даже погладить. Большинство же рыб, активных днём, в тёмное время суток отдыхают, причём делают это каждая на свой манер. Пелагические (обитающие в водной толще) стайные рыбы рассредоточиваются, чтобы затруднить охоту ночным хищникам. Поодиночке или небольшими группами они зависают в толще воды или ложатся на грунт и реагируют только тогда, когда фонарь приближается к ним вплотную. Так ведут себя наиболее распространенные в Чёрном море кефаль, ставрида, ферина. Одни из самых многочисленных рыб днём — морские собачки — ночью прячутся в своих норках и убежищах. Если случайно потревожить сон морской собачки, рыбка вылетает из-под камня, который служил ей укрытием, и недоумённо таращится на яркий свет фонаря, а затем торопится найти себе новое пристанище.
Многие рыбы в тёмное время суток изменяют окраску. Наиболее яркий, в прямом и переносном смысле слова, пример такого явления — небольшая рыбка барабуля. Пресыщенные удовольствиями
римские патриции убивали барабулек, чтобы насладиться игрой цвета умирающей рыбы. Этим зрелищем вы в полной мере сможете полюбоваться в ночном море, не рискуя стать объектом преследования общества защиты животных. Дело в том, что спящая барабуля одевает такую же переливающуюся всеми оттенками алого "пижаму", как и "саван" рыб, безвинно загубленных зажравшимися угнетателями древнеримского народа. Невольно задумываешься о справедливости сентенции: "Сон — это младший брат смерти".
Пожалуй, самые большие сони из черноморских рыб — зеленушки. Они, как и барабули, имеют специальный ночной наряд, но если у барабуль он ярче дневного, то у зеленушек напротив — более блеклый и незаметный. Зеленушки располагаются на
отдых в своих спальнях, которые устраивают во впадинах и щелях камней. Часто при этом они принимают замысловатые позы: лёжа на боку, вверх или вниз головой. Зеленушки не реагируют на свет и прикосновения, и часто требуются определённые усилия, чтобы сдвинуть рыбу с места.
Звездочёт, горбыль, скорпена и в дневное время достаточно активны. Но переплывать с места на место в поисках новых охотничьих угодий звездочёт предпочитает именно ночью. О ночном образе жизни скорпен говорят их огромные глаза, способные улавливать движение добычи при самом слабом освещении. Невозможно не удивляться маскировочным нарядам этих рыб. Кожа, покрытая беспорядочным узором из ярких цветных пятен, и тело, имеющее многочисленные выросты и кожистые лопасти, делают скорпену больше похожей на замшелый, заросший водорослями камень, чем на живое существо. Кроме того, потенциальную жертву вводит в заблуждение почти полная неподвижность охотника. Но вот к нашему "камню" приближается беззаботная креветка или рыбка. Короткий мощный рывок — и огромный рот, как насос, засасывает воду вместе с добычей. Попадают в него порой и посторонние предметы — камешки, обрывки водорослей, которые скорпена с отвращением выплёвывает. Размеры пойманной жертвы зачастую соизмеримы с размером самого хищника. Тогда можно наблюдать, как изо рта скор-пены торчит хвост рыбы, а голова уже давно переваривается в желудке.
Тускнеет свет фонаря, и стрелка манометра акваланга подползает к красной зоне: пора возвращаться на берег. За полтора-два часа погружения, конечно, невозможно разгадать даже малой толики загадок, которые постоянно преподносит нам море. Но, однажды прикоснувшись к тайнам ночной жизни Чёрного моря, вы будете возвращаться к ним вновь и вновь.
Автор Александр Куракин
/ Журнал "Экзо" 
